Незатейливые воспоминания о В.В. Первые встречи

emikh 06.09.2012 0

Предисловие
1. Первые встречи
2. В Киев к Патону
3. В.В. и прыжок в Риони
4. Элементы сотрудничества
Цитированная литература

Была пора, когда я мог лишь со стороны, наблюдать и слушать, как он, полный добродушия и доброжелательности, вел непринужденный разговор в окружении подобострастно улыбающихся участников только что завершившегося семинара. Речь его, как по тембру голоса, так и по манере произносить слова была чем-то похожа, по-моему, на речь другого академика Дмитрия Сергеевича Лихачева. Иногда он позволял себе подымить папироской с антиникотиновым фильтром, держа ее как-то неумело, по-интеллигентски…

Первый короткий и весьма неприятный для меня диалог с академиком произошел  по окончании доклада его ученицы о действии сосредоточенной силы на шарнирно опертую цилиндрическую оболочку. После работ П.А. Бейларда и В.М. Даревского эта задача сама по себе особого интереса не представляла. В.В. она привлекла лишь тем, что полностью решалась в комплексном виде, являясь, по существу, численной реализацией предложенного им же метода расчета свободно опертых цилиндрических оболочек [1]. В те годы время от времени раздавалась критика в адрес комплексного метода В.В. Новожилова [2]. Одним из аргументов у критиков этого метода было утверждение о том, что все преимущества, которые он дает за счет интегрировании уравнений четвертого порядка вместо восьмого, теряются на этапе удовлетворения вещественным граничным условиям.

Замечу, кстати, что блестящей защитой комплексного метода явилась монография по линейной теории оболочек [3,4] лучшего ученика, а затем и соратника В.В., Климентия Феодосьевича Черныха (ниже, как правило, К.Ф.).

Во-первых, К.Ф. ввел комплексные граничные величины и показал, что такой важный случай граничных условий как упругое сопряжение (плавное и под углом) оболочек одинаковой толщины допускает формулировку в комплексном виде.

Во-вторых, он убедительно проиллюстрировал эффективность комплексного метода при асимптотическом анализе напряженных состояний в оболочках. И хотя это далеко не все, что сделал К.Ф., защищая комплексный метод, но и этого было бы достаточно, чтобы утихомирить самых ретивых критиков.

Таким образом, возвращаясь к докладу, можно сказать, что дело не в самой задаче, а в комплексном методе теории оболочек. Однако докладчица, которой довелось работать под руководством самого В.В. Новожилова, вела себя уж очень вызывающе, будто она чуть ли не сама Софья Ковалевская. Я задал ей вопрос по поводу законности использования дельта-функции для описания сосредоточенной нагрузки. Вопрос, по меньшей мере, банальный, ибо все, может быть кроме тогдашнего меня, знали, что теоретически использовать дельта-функцию нельзя, а практически нужно. Я в то время только начинал работать по специальности. Мне доверили, как потом оказалось, гробовую задачу о действии сосредоточенной силы на цилиндрическую регулярно перфорированную жестко защемленную пластину. Я об этой задаче поведал своему приятелю, Игорю Антонову, сыну известного кораблестроителя Н.И. Антонова, чуть ли не наставника В.В. Игорь был запросто вхож к академику. Когда он рассказал о «моей» задаче В.В., то получил краткую отповедь:

– Он эту задачу не решит никогда.

Кстати, Игорь и пригласил меня на тот злополучный семинар. Таким образом, сосредоточенная сила меня действительно интересовала, и вопрос мой был не столь уж и праздным.

Однако докладчица просто отмахнулась от меня, а В.В. вяло и не заинтересованно пробормотал что-то вроде того, что все так делают, а бездельники в это время задают вопросы. (Надо сказать, что он достаточно брезгливо относился к сложным математическим обоснованиям в механике). Пренебрежительное отношение к моему вопросу и уничтожающая оценка, как мне тогда казалась, моих способностей в отношении перфорированных пластин раззадорили меня. После семинара я «просочился» сквозь плотное окружение В.В. и опять стал приставать со своим дурацким вопросом. В конце концов, он возмутился и воззвал к окружающим «унять хулигана». Игорь увел меня. Впоследствии, когда мне пришлось на деловой почве встречаться с В.В., я на первых порах побаивался, как бы он не узнал меня да не прогнал. Но он не узнал или не подал вида…

Первая моя личная встреча с В.В. состоялась из-за затруднений у его дипломницы с формулировкой граничных условий. Он позвонил К.Ф., а тот порекомендовал ему меня. Это было в пору моего обучения в аспирантуре под руководством К.Ф.. Я приехал домой к В.В. на улицу Фрунзе. Там уже ожидала «специалиста» та самая дипломница. В.В. сказал просто:

– В этой задаче, видимо, удобно использовать деформационные граничные условия, а я с ними никогда не имел дела. Это Черных все время с ними возится. И коль скоро, он занят, то посоветовал тебя. Так что я доверяю тебе свою ученицу.

По существу, дипломная работа завершалась под моим руководством. В отзыве на нее у В.В. была фраза, звучавшая для меня как музыка, ибо начиналась словами «Как недавно было подмечено Е.И. Михайловским». Дело в том, что при использовании деформационных граничных величин и метода расчленения напряженного состояния безмоментные перемещения в оболочке находить не нужно (если, конечно, не они сами являются предметом поиска). Определение напряженного состояния в этом случае сводится, по существу, к двойному интегрированию уравнений равновесия безмоментной теории при разных правых частях…

Вхожим в дом В.В. я стал после того, как оформил графическую часть его первой книжки по феноменологической турбулентности [5]. Порекомендовал ему меня опять же К.Ф., которого очень устраивали мои рисунки, выполненные для его глав в справочнике «Прочность. Устойчивость. Колебания». Общеизвестно увлечение В.В. живописью, предметы которой он коллекционировал. Кроме картин начинающих художников у В.В. были и полотна признанных мастеров. Он с удовольствием рассказывал всевозможные истории из жизни художников, создавая эффект причастности. В то же время сам не мог выполнить простого графического построения, которое в механике называют рисунком. Я имею в виду выполнить так, чтобы  самому нравилось. Поэтому мои не столь уж и заметные способности в графике вызывали у него настоящий восторг. Не из-за нескромности, а истины ради скажу, что, однажды, когда я удачно совместил на одной фигуре графики нескольких исследователей, он назвал меня «гением рисунка». Конечно, это не имеет никакого отношения к действительности, но слушалось с удовольствием, тем более из уст такого ценителя, каким был  В.В.. Кстати, во время одной непринужденной беседы вокруг графиков В.В. посетовал, что результатам большей части отечественных экспериментаторов доверять нельзя, виной чему являются «кандидатско-докторские гонки». В то время как в достоверности результатов экспериментов зарубежных исследователей он никогда не сомневался…

Оставьте комментарий »